Стефания Сандрелли рассказала о себе без фильтров, а также раскрыла ранее неопубликованные аспекты своей любви в интервью о карьере, любви, предательстве, радостях и горестях в программе “Belve”, созданной и ведущей Франческой Фаньяни на Rai 2, которая транслируется во вторник, 2 декабря, в прайм-тайм.
Неизбежной была встреча с Джино Паоли («Я не знал, что он женат»), страсть («мы получили большое удовлетворение»), рождение дочери Аманды, родившейся через 3 месяца после того, как у Паоли родился сын от его жены Анны.
Как вам удалось принять эту современность? — спрашивает журналист. “Любовь втроем никогда. – отвечает – Сандрелли, – говорил мне, что это был не он, я ему не верила. Он всегда это отрицал. Еще он говорил, что она волен делать все, что хочет: годы спустя мы говорили об этом с Анной и вместе смеялись”, – добавляет актриса, которая в студии Бельве рассказывает, что они занимались любовью “на вершине собора Святого Петра, на лестнице, ведущей к куполу”. «Кто был счастливчиком?» — спрашивает Фаньяни. «Обычно», — признает Сандрелли, имея в виду Джино Паоли. Актриса становится взволнованной, когда вспоминает годы вынужденной разлуки со своей дочерью Амандой, которая переехала жить к ее отцу Джино Паоли и его жене, когда она была замужем за Ничи Пенде, у которого были проблемы с алкоголем. «Я очень страдала. Я рассталась с мужем, не могла отказаться от дочери».
«Секс имел большое значение в вашей жизни?» — спрашивает Фаньяни. «Да, и я очень рад, что Джино отучил меня от груди. Потому что он тоже был очень энергичным», – отвечает Сандрелли. Затем журналистка пошутила о некоторых ее «дивских» причудах. «Говорят, ей не обязательно постоянно носить трусики». «Они меня беспокоят. Чаще всего я их не ношу», — говорит Сандрелли. А Фаньяни добавляет: «Вы не отвыкли от этой привычки?». «Нет, вообще-то я сегодня в носках», — с улыбкой говорит актриса.
В студии Бельве Сандрелли рассказывает о своей долгой карьере.
Поработав с некоторыми мастерами кино, в 1980-е годы он поставил «Ключ» Тинто Брасса. «Ты начал эротическую карьеру в 40 лет, почему?» — спрашивает Фаньяни. «Сценарий был очень красивым, я хотел его сделать», — объясняет Сандрелли. «Когда ты снова увидел себя, тебе стало неловко?» — настаивает Фаньяни. «Нет. Мне понравилось. А потом он меня освободил…» — отвечает Сандрелли.
Воспроизведение защищено © Авторское право ANSA
